Коля протер очки.

— Товарищи! Еще я скажу об одном человеке… О нем много сегодня говорилось, о Тамаре Комовой, — продолжал Субботин равным, спокойным голосом. — Человеку этому, по моему мнению, пока что легко жилось на свете, ему все удавалось, «везло», как принято говорить, и были даже такие девушки, которые подражали Тамаре Комовой. Их, правда, очень немного, но были. А зря! Ведь если Тамара Комова станет жить и поступать так же, как до сегодняшнего дня жила и поступала, то я не завидую её будущему… Мне рисуются два возможных пути в жизни Тамары. Первый и, пожалуй, лучший, с её точки зрения;— это: с расчетом выйти замуж, «устроиться», что называется, бросить работу и зажить «барыней» за спиной мужа. Но тут могут быть два «но». Первое: всегда ли муж сможет обеспечить ей беззаботную жизнь? И второе: что, если он её разлюбит и бросит? Случается и такое. Что тогда? А она уже к тому времени немолода, профессии в руках нет. Дети у такой матери никчемные, они привыкли сидеть на шеё папеньки. А если и «вышли в люди», — Коля иронически улыбнулся при этих словах, — то того и гляди не пустят маменьку к себе на порог. Ничего не поделаешь — какова яблоня, таково и яблочко? Я как-то читал у тебя, Тамара, письмо твоей матери. Горькое письмо, надо оказать, полное упреков… Забыла ты её, не помогаешь… Помнишь? Ты обещала мне, Тамара, поговорить с сестрой а предпринять что-то. Ты мне потом говорила, что сделала необходимое. Сделала? — спросил Коля, обращаясь к Комовой перед всем собранием.

— Мама гостит сейчас у сестры, и я часто вяжусь с иен, — ответила Тамара, слегка пожимая плечами. — Я сама о ней очень скучаю! — добавила она, мысленно проклиная памятливость Субботина.

Он молча выслушал её, о чем-то раздумывая. Его поторопили:

— Ну что же, Коля, давай заканчивай свою речь. Ждем вариант номер два!

— Второй вариант, — проговорил Коля, — мне хочется пожелать всем нашим славным девушкам, в том числе, конечно, и Тамаре.